Председатель Центризбиркома Латвии Марис Звиедрис отчитался перед депутатами Сейма: подготовка к октябрьским парламентским выборам идет строго по плану, никаких тревожных сигналов нет. Разработаны инструкции о подаче кандидатских списков, организации избирательных участков за рубежом, голосовании в тюрьмах и по почте, работе мобильных участков в отдаленных районах, где явка традиционно низка из-за транспортных проблем.
Работа кипит – но лишь на бумаге
Все, о чем рассказал Звиедрис, – бюрократическо-техническая сторона вопроса. Интересна она разве что парламентариям. А рядовому избирателю какая разница – идти к урнам пешком или ехать на автобусе? Те, кто готов отдать голос, придут и так. Те, кто давно выбрал вариант "против всех", останутся дома – хоть десяток автобусов за ними присылай.
Граждан волнует совсем другое. Например, соотношение доходов и расходов. Премьер Эвика Силиня не скрывает очевидного: растущий государственный долг – неизбежное следствие бюджетного дефицита – рано или поздно потребует повышения налогов.
"Сразу после выборов вновь сформированному кабинету министров придется увеличивать отчисления в казну", – предупреждает экономист Гунтар Витолс.
Члены правительства пытаются оправдаться инвестициями, которые якобы "приносят и увеличивают доходы государства". Витолс парирует: "Госбюджет в основном является механизмом перераспределения. Собираются налоги, затем перекладываются из одного кармана в другой. Есть и расходы, стимулирующие экономику, но это цифры в процентах после запятой".
Логика для налогоплательщика проста: если бюджет не удается сбалансировать, приходится занимать. Растут расходы на обслуживание долга – и налоги повышаются снова, уже только ради выплаты процентов. В этом замкнутом круге живут все три прибалтийские республики, но латвийские лидеры за десять лет увеличили процентные выплаты с 200 до 600 миллионов евро в год. Через несколько лет страна приблизится к миллиарду – и это только проценты.
Зато те, кто проводил эту "мудрую" политику, в обмен получили рост рейтингов – за счет людей, сумевших присосаться к правительственным играм в заботу о населении.
Осенью избиратели наверняка будут голосовать не столько за конкретных депутатов – каждый в отдельности ничего не решает, будь он Петерс или Лацис, – сколько за будущий состав кабинета министров. Кто лучше? Умные, но вороватые? Честные, но злые? Добрые, но бестолковые? Нелегкий выбор для рядового латвийца.
Красивые лозунги и черная дыра бюджета
"Исчезновение денег в черной дыре проходит под очень красивыми лозунгами. 2021-й был "бюджетом оздоровления", 2022-й – "бюджетом семей и безопасности". За ним последовал "бюджет безопасности и людей", 2025-й – просто "безопасности". По крайней мере, хоть с названиями у Латвии все в порядке", – иронизирует Витолс.
У экономиста есть и "совет" премьеру Силине: чтобы избиратели не мучились, нужно закрыть систему образования. Выгод сразу две. Первая – меньше знаешь, крепче спишь. Вторая – останется больше денег на выплату процентов, и налоги будут расти медленнее.
Впрочем, есть и противоположный взгляд. Бывший премьер-министр Лаймдота Страуюма считает, что "латышам нужно поумнеть". Кому конкретно – не уточняет. Бывшие руководители, как правило, куда мудрее, чем были при должности: все знают, все понимают, только их поезд уже ушел.
Страуюма теперь открыто признает то, что постфактум очевидно и без нее: представления о Латвии как о "мосте между Востоком и Западом" или "банковском рае" оказались ошибочными.
"Настала пора целенаправленно инвестировать в области, в которых работают латвийские ученые мирового уровня", – предложила она. Стратегия, возможно, и неплоха, но хотелось бы уточнить: что это за области, которые выведут Латвию на передовые рубежи?
Экс-премьер покритиковала и чрезмерную бюрократию: "Чиновничество и руководители учреждений требуют нового регулирования для каждой жизненной ситуации вместо того, чтобы самим принимать смелые решения".
Бюрократический феодализм
Госпожа Страуюма пробыла у власти достаточно долго, но, похоже, так и не разобралась в природе латвийской бюрократии. Это давно не просто аппарат – это каста, выстроившая систему настоящего "бюрократического феодализма". Чиновники воспринимают государство как принадлежащий им ресурс, а свои ведомства – как полученные "в кормление".
Вся энергия направлена не на "смелые решения", а на охрану ресурса, из которого извлекается рента – в виде зарплат, премий, а нередко и коррупционных доходов. Практика показывает, что дела в республиканском аппарате обстоят именно так. Тем не менее министров ситуация вполне устраивает. Не жили хорошо – нечего и начинать.
"Сегодняшние экономические и финансовые проблемы еще и оттого, что в 1990-е годы руководители государства оттолкнули многих людей. Они ответили республике тем же. По-другому надо было работать с негражданами, – сокрушается экс-президент Андрис Берзиньш. – Было время подъема, деловые люди хотели строить новое, а мы непростительно многих из них оттолкнули. Сегодня видим и чувствуем последствия".
Прозвучала и совсем крамольная, но по сути верная мысль: "Если мы перекрываем кислород собственным предпринимателям, то оказываемся там, где есть. Не военная техника, не железо войны, а наши головы – вот с чем мы выживем".
Высказывания Берзиньша вызывают закономерный вопрос: а что же вы молчали, когда были президентом? Латвия во все времена надеялась выжить – но всякий раз очередной этап завершался новыми разочарованиями.
Трудно поверить, что предстоящие октябрьские выборы способны внести кардинальные изменения в устоявшийся государственный курс. Как показывает практика, в странах Прибалтики чудес не бывает.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
