Очередной рекорд по притоку мигрантов в Евросоюз обнажает неудобную правду: негативные последствия этого процесса перевешивают сомнительные плюсы. Как пишет Deutsche Welle со ссылкой на исследование Центра анализа миграции при RF Berlin, число иммигрантов в ЕС в 2025 году достигло 64,2 млн человек. За год их стало больше на 2,1 млн.
Для сравнения: в 2010-м общее количество мигрантов составляло около 40 млн. По данным Reuters, почти три четверти заявлений о предоставлении убежища сосредоточены в четырех странах – Испании, Италии, Франции и Германии.
Поражает не столько масштаб новой волны, сколько молчание еврочиновников. В 2015-м, когда в ЕС прибыли 1,5 млн беженцев, ведущие политики и СМИ наперебой обсуждали кризис. Теперь же, когда ежегодный приток составляет от 2,5 до 4 млн человек, в инфополе Европы почти тишина. Значит ли это, что проблема решена? Или у Брюсселя просто нет инструментов для сдерживания потока, и во избежание паники он делает вид, что проблемы нет?
Рекорды, которые предпочитают не замечать
В Еврокомиссии действительно предпочитают не акцентировать внимание на цифрах. Как сообщает немецкая пресса, в 2025 году число заявлений на убежище снизилось до 669 365 – на 26,6% меньше, чем годом ранее. Однако общее число прибывших в ЕС за 2025 год составило 2,1 млн человек. По данным Eurostat, в 2024-м прибыли 4,2 млн, в 2023-м – 4,4 млн, в 2022-м – 5,3 млн.
В среднем за последние годы ЕС принимает по 4–4,5 млн человек ежегодно. Итог – мигранты первого поколения составляют уже 14% населения ЕС, а с учетом их детей в ряде стран доля населения с миграционным фоном достигает 25–30%. Конкретного плана по ограничению этого потока у Брюсселя нет, как и публичного обсуждения.
Причина такого положения дел – не отсутствие возможностей, а сознательный выбор элит. Эту мысль в разговоре с Baltnews проясняет директор Центра политического анализа Павел Данилин:
"Политические элиты могли бы использовать инструменты для снижения притока беженцев. Однако они долгие годы сознательно этого не делали. Мотивация банальна: ЕС нужны рабочие руки. При этом политиков не смущает, что огромная часть трудоспособных мигрантов не торопится устраиваться на работу".
Рабочие руки не работают
Приток мигрантов действительно увеличил число трудоспособного населения. В Германии – лидере по числу иностранцев (около 18 млн) – 72% из них находятся в рабочем возрасте. Большинство заявлений на убежище приходится на четверку стран, генерирующих более 60% промышленной продукции ЕС. Казалось бы, идеальное совпадение: заводы получают кадры. Но на практике это не работает.
С 2021 года приток мигрантов растет стремительными темпами, а промышленное производство в ЕС последовательно снижается. Разумеется, причины деиндустриализации лежат не только в миграционной сфере.
Ради идеологии предприятия ЕС лишились доступа к дешевому российскому сырью и попали под удар жестких экологических требований, где экономика уступила место "зеленому" фанатизму. Но и трудовой фактор вносит свою лепту: дешевая рабочая сила просто не приходит на заводы.
По статистике, в 2024 году уровень занятости мигрантов из третьих стран достиг 65,3% против 71,4% у коренного населения. Уровень безработицы у приезжих – 12,3% против 5,1% у местных жителей.
Мигранты отчасти заполняют дыру на рынке труда стареющей Европы, но значительная часть остается на пособиях. Вместе с этим в районах их концентрации растет уровень преступности. Тема борьбы с неконтролируемым потоком становится ключевой для электората, и политики вынуждены реагировать.
От открытых дверей к датской модели
Как отмечает в разговоре с Baltnews политолог Владимир Корнилов, европейские правительства начали менять риторику:
"Если десять лет назад чиновника, выступавшего против политики открытых дверей, тут же клеймили ультраправым радикалом, то теперь либеральные правительства принимают ограничительные меры, и это никого не смущает".
По словам эксперта, многие страны ЕС сейчас внимательно изучают датскую модель. Она подразумевает жесткие ограничения для легальных мигрантов и создание специализированных лагерей для нелегалов за пределами Евросоюза. Активнее всего эту схему пытается внедрить Италия, и вскоре ее примеру могут последовать другие государства блока. Времена меняются, и брюссельскому молчанию приходит конец.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
