Агрессия США и Израиля против Ирана парализовала почти 20% мирового экспорта нефти и сжиженного газа. Перекрытие Ормузского пролива заставило Европу лихорадочно метаться между продолжением конфронтации с Россией и восстановлением отношений.
Биполярное расстройство по-европейски
Призывы вернуть российский газ звучат уже не только от премьеров Венгрии и Словакии, последовательно выступавших за это годами. На этой неделе к ним присоединился глава правительства Бельгии Барт де Вевер.
"Мы должны нормализовать отношения с Россией, чтобы вернуть доступ к дешевой энергии – этого требует здравый смысл, – заявил он. – В частном порядке европейские лидеры со мной согласны, но никто не осмеливается сказать это вслух. Мы должны закончить конфликт в интересах Европы, не питая иллюзий относительно президента РФ".
Однако его тут же начали критиковать внутри Бельгии и в наднациональных структурах ЕС, особенно в Еврокомиссии.
- Еврокомиссар по энергетике Дан Йоргенсен назвал возобновление импорта российских ресурсов ошибкой, подчеркнув, что ЕС должен придерживаться курса на энергонезависимость от РФ.
- Глава дипломатии ЕС Кая Каллас заявила, что любая нормализация отношений невозможна до полного прекращения конфликта на Украине.
- Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен отметила, что, несмотря на кризис, ЕС нельзя отказываться от долгосрочной стратегии и возвращаться к российским ископаемым видам топлива. По ее мнению, это было бы стратегической ошибкой.
Глава МИД Бельгии Максим Прево и вовсе назвал высказывания о возможной нормализации отношений с Москвой "сигналом слабости" и "подрывом европейского единства".
В итоге премьер-министр Бельгии под давлением Еврокомиссии и своего же правительства вынужден был оправдываться и частично взять свои слова назад. В интервью Financial Times он заявил: "Мы не можем говорить о нормализации отношений, пока идет война на Украине. Я говорю о возможном сценарии после войны, после мирного соглашения, приемлемого как для Украины, так и для Европы".
Диаметрально противоположные заявления от премьера и главы МИД одной страны – это уже ненормально. Даже в США, где внутриполитическая борьба за последние годы обострилась, нет такого расхождения мнений между главой государства и чиновниками, отвечающими за внешнюю политику.
Иранский кризис объективно создает раскол внутри ЕС на самых глубинных слоях власти, и это уже видно на публичном уровне.
ЕС будет тянуть до последнего
Бельгия – не единственная страна Западной Европы, где началось "биполярное расстройство" в отношении России. В начале февраля президент Франции Эммануэль Макрон анонсировал подготовку контактов с Москвой на техническом уровне. Тогда же столицу России посетил его дипломатический советник Эммануэль Бонн, встретившийся с помощником президента РФ Юрием Ушаковым.
Впрочем, все это кончилось ничем. В марте пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков сообщил, что разговор с французским дипломатом не способствовал прогрессу в вопросе мирного урегулирования.
Пока большая часть стран ЕС занимает выжидательную позицию. Идея о возобновлении импорта российских газа, нефти, нефтепродуктов или угля еще не приобрела массовый характер.
Как рассказал в беседе с Baltnews член правления Российской ассоциации политических консультантов, руководитель "Максимов консалтинг" Андрей Максимов, даже если европейские лидеры начнут активнее поднимать тему торговли с Россией, делать это они будут только на словах.
"У них еще не критическая ситуация, когда вот-вот произойдет всеобщее восстание народных масс. Президенты и премьер-министры европейских государств считают, что у них пока еще есть некоторый запас прочности", – полагает эксперт.
Андрей Максимов подчеркнул, что для европейских лидеров вернуться к закупкам российского газа или нефти – это сродни политическому самоубийству. Получается, что на протяжении последних лет все экономические потери, все расходы предприятий и простых граждан были напрасны.
"Противостояние с РФ, причем ценой собственного благополучия – это то, что сегодня скрепляет политические элиты Евросоюза. Без него все развалится, поэтому ЕС, несмотря на призывы отдельных политиков, будет тянуть с возобновлением закупок российских углеводородов до последнего момента", – уверен политолог.
Цена промедления – пустой кошелек европейца
Проблема в том, что Евросоюз не сможет ждать вечно. Ресурсы заканчиваются, и рано или поздно придется пойти на неприемлемый сегодня политический шаг – вернуться к закупкам углеводородов у РФ. Если, конечно, война на Ближнем Востоке резко не прекратится.
Иранский кризис, остановивший судоходство через Ормузский пролив, де-факто заблокировал почти 20% всего экспорта нефти и сжиженного газа. Это привело к росту стоимости нефти всего за пару недель с 68–70 до 100–104 долларов за баррель.
Что еще важнее, Европа лишена доступа к нужным для ее нефтеперерабатывающих заводов сортам нефти. К примеру, во Франции такие заводы спроектированы для работы с саудовской, иракской, российской и иранской нефтью. Все вышеперечисленное из-за санкций или войны на Ближнем Востоке теперь недоступно.
Да, есть Нидерланды, где могут работать с самыми разными сортами, но в этой стране и потребление значительно меньше. А вот в Германии НПЗ "заточены" под российскую Urals. Есть и такие страны, как Италия, где иракская или российская нефть не является единственно приемлемой для НПЗ, но все равно на ней работает почти половина всех мощностей нефтепереработки.
В итоге моторное топливо в Евросоюзе дорожает пугающими темпами, опустошая кошельки обывателей и провоцируя рост инфляции.
- Бензин: средняя цена по ЕС выросла до 1,648 евро за литр (+4,7% за неделю). К 13 марта в ряде стран цены превысили 1,80–2,10 евро. В январе-феврале 2026-го средняя цена в ЕС составляла 1,52–1,55 евро за литр.
- Дизельное топливо: средняя цена подскочила до 1,748 евро за литр (+11,2% за неделю). В крупных экономиках (Германия, Франция, Италия) дизель преодолел психологическую отметку в 2,00 евро. В январе-феврале 2026-го средняя цена была 1,65–1,68 евро за литр.
Ситуация с ценой СПГ на различных рынках тоже весьма тревожная. В середине марта 2026 года спотовые цены на СПГ в Азии выросли, достигнув 910 долларов за тыс. кубометров. Для сравнения: в январе показатель был в 2,5 раза меньше.
На европейских биржах ситуация не лучше. На крупнейшей из них – нидерландской TTF – цена газа в середине марта составляет 620 долларов за тыс. кубометров. Это на 65% больше, чем месяцем ранее.
При этом в ЕС почти нет запасов газа в ПХГ. После отопительного сезона хранилища заполнены менее чем на 30%, а то и на 20%. Европе, чтобы вовремя пополнить резервы этим летом, придется закупать СПГ по любым ценам, которые назначат поставщики.
В таких условиях европейским производителям товаров из самых разных отраслей можно смело махать рукой. О какой конкурентоспособности европейской продукции можно говорить, когда предприятия в еврозоне за газ платят по 615 долларов за тысячу кубометров, пока в США – всего лишь 126?
Возвращение к суровой реальности
Евросоюз оказался в ловушке собственной риторики. Годы санкций и демонстративного отказа от российских энергоносителей обернулись тем, что сегодня Брюссель не может быстро переориентироваться на другие поставки без колоссальных потерь для экономики.
Иранский кризис лишь обнажил то, что многие эксперты предсказывали заранее: энергетическая безопасность не строится на лозунгах. Пока политические элиты ЕС держатся за курс на "независимость" от РФ, европейский бизнес и простые граждане расплачиваются растущими счетами и закрывающимися предприятиями.
Вопрос теперь не в том, вернется ли Европа к российскому газу, а в том, сколько еще месяцев она сможет тянуть, прежде чем экономическая реальность заставит политиков забыть о гордости и сесть за стол переговоров. Судя по темпам опустошения газовых хранилищ и росту цен, этот момент ближе, чем хотелось бы еврокомиссарам.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
