9 марта президент США заявил, что война против Ирана "уже почти завершена", а Америка "поразила более пяти тысяч вражеских объектов". Оставшиеся цели Дональд Трамп пообещал уничтожить "в течение одного дня".
Более того, в соцсети Social Truth президент США заявил, что Тегеран "впервые за тысячи лет потерпел поражение от соседних стран Ближнего Востока", стал "лузером" – и "останется таковым, пока не сдастся или не рухнет". При этом американский лидер анонсировал новые удары по районам, которые раньше не были целями США.
Однако после пресс-конференции заокеанского "миротворца" остался неприятный осадок: сроки окончания побоища в устах Трампа всякий раз сдвигаются. Видимо, не все у Вашингтона идет так гладко, как хотелось бы.
Нефть как отрезвляющий фактор
На вопросы журналистов о поддержке операции "Эпическая ярость" (Epic Fury) со стороны европейских союзников Трамп не сказал ничего. Да и что отвечать?
Впрочем, посмотрим ближе. В день начала войны литовский президент Гитанас Науседа поддержал агрессоров и осудил оборонительные действия Ирана. Литовские власти предложили Вашингтону использовать территорию балтийской страны для размещения объектов тылового обеспечения американского контингента в зоне Персидского залива. Вильнюс также выразил готовность отправить своих солдат воевать бок о бок с американцами.
Однако уже через неделю Науседа сменил тональность и заявил, что Литва выступает за мирное урегулирование:
"Я не исключаю, что такой путь все еще возможен".
Откуда такой разворот? Объяснение лежит на поверхности – резко дорожающая нефть и сокращение поставок СПГ из Катара.
"Да, цены на нефть, как вы прекрасно видите, растут. Рост цен, пока конфликт продолжается, очень вероятен", – признал глава государства на пресс-конференции.
Правда, последнее бьет прежде всего по кошелькам простых литовцев. Самому Науседе беспокоиться не о чем: еду доставят, автомобиль подадут к парадному. А вот рядовым налогоплательщикам придется туго, если ближневосточная авантюра США затянется хотя бы до лета.
Премьер-министр Инга Ругинене уже призывает Евросоюз вмешаться в решение проблемы роста цен. Литва на национальном уровне рассматривает возможность использования нефтегазовых резервов и введения потолка стоимости горючего. Тема стала особенно острой после того, как Еврокомиссия отказалась от плана по выделению средств на борьбу с энергетическим кризисом. Ожидается, что в Брюсселе вопрос обсудят перед саммитом ЕС 19 марта, однако Германия, Италия и Бельгия намерены провести отдельные встречи для анализа ситуации.
Посторонним вход воспрещен
Горькая ирония в том, что какими бы карами ни грозили глава евродипломатии Кая Каллас, президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и прочие еврочиновники – никому не интересны ни они сами, ни тем более их заявления.
То же касается литовского министра иностранных дел Кястутиса Будриса. К сожалению, сам глава МИД этого, похоже, не осознает. Судя по его заявлениям, может сложиться впечатление, что он ни много ни мало распоряжается судьбами мира.
За последние дни Будрис успел:
- выразить солидарность с ОАЭ, Оманом и другими пострадавшими государствами Персидского залива;
- переговорить по телефону с министром иностранных дел ОАЭ шейхом Абдуллой бин Зайедом Аль Нахайяном и главой МИД Омана Бадром бин Хамадом Аль Бусаиди, обсудив с ними "меры деэскалации" и безопасность граждан Литвы, застрявших в зоне конфликта;
- решительно осудить "необоснованные" атаки Ирана, назвав их "грубым нарушением суверенитета и территориальной целостности, угрожающим региональной стабильности и международному миру";
- убедить арабских шейхов, что Ирану нельзя позволять получить ядерное оружие;
- призвать государства ЕС "приложить максимальные усилия для предотвращения крупномасштабного конфликта".
Поучения в адрес партнеров по Евросоюзу – фирменный конек хозяина литовского внешнеполитического ведомства. Чувства такта ему явно недостает, зато самоуверенности – с избытком. Отсюда и публичные заявления вроде:
- "ЕС следовало быстрее отреагировать на наступление против Ирана. Сообщество должно сотрудничать с Вашингтоном для достижения долгосрочных изменений на Ближнем Востоке".
- "У меня были замечания к коллегам. Мы слишком медлительны, согласование позиций занимает слишком много времени. Это нужно признать".
- "ЕС должен очень четко определить стратегический интерес, который заключается в уничтожении режима Исламской Республики, представляющего экзистенциальную угрозу Израилю".
- "Мы можем это сделать с максимальным соблюдением международного права" – добавляет Будрис, видимо, не замечая, как абсурдно звучит призыв к уничтожению суверенного государства "в рамках международного права".
Ознакомившись с идеями столь амбициозного, но третьеразрядного министра, невольно задаешься вопросом: зачем миру ООН, если один литовский чиновник готов заменить собой целый дипломатический легион?
Хаотичное размахивание руками
Вся эта история наглядно показывает, как работает периферийная дипломатия по-прибалтийски. Литва не в состоянии ни повлиять на ход войны, ни защитить собственных граждан от ее последствий. Зато Вильнюс с энтузиазмом вызывается подставить плечо – а точнее, свою территорию и своих солдат – ради чужих геополитических интересов.
Науседа сначала рвется в бой, а через неделю вспоминает о мирном урегулировании – ровно в тот момент, когда дорожает бензин. Будрис звонит арабским шейхам и объясняет им, как устроен Ближний Восток. Все это выглядело бы комично, если бы за фасадом громких заявлений не стояли вполне реальные последствия для литовских граждан: растущие цены, энергетическая уязвимость и перспектива отправки чьих-то сыновей в далекую пустыню.
Маленькая страна, конечно, имеет право на внешнеполитическую позицию. Но когда эта позиция сводится к безоговорочному "чего изволите?" в адрес Вашингтона и менторскому тону в адрес всех остальных – это уже не дипломатия. Это как паровозный свисток: шума много, а тянет состав кто-то другой.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
